Главная Хронология Древняя Русь Рюрики Смутное время Романовы Новости сайта Гостевая
   Дополнительное меню
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
 

 

КОРОБ ЛЕЛИ     

ВТОРОЙ КЛУБОК
ВЕЛЕС И АСЯ ЗВЕЗДИНКА

Леля

      — Расскажи, Гамаюн, птица вещая, нам о том, как Ася Звездинка бога Велеса полюбила...
      — Ничего не скрою, что ведаю...

      Как во том Святогоровом царстве жил купец богатый Садко. Почитал он Велеса мудрого. И во всех краях, где он хаживал, богу Велесу строил храмы.
      И имел он много товаров, золотой казны, самоцветов. И имел трёх дочек любимых, и любил он их больше жизни, больше всех сокровищ земных. Всех сильней любил дочку младшую — Асю, правнучку Святогора.
      Вот пришла пора отплывать по делам торговым-купеческим в тридесятое государство. Собираясь в дорогу дальнюю, так сказал Садко дочерям:
      — Много ль, мало ль в дороге буду, то не ведаю, дочки милые! Вы ж живите достойно, смирно. Коль исполните мой наказ — привезу такие подарочки, о каких вы только мечтаете...
      И сказала так дочка старшая:
      — Государь ты мой, родный батюшка! Не дари ты мне черна соболя, злата-серебра, жемчугов, подари венец королевский из камней драгих самоцветных, чтоб в ночи сиял, словно Месяц, ну а днём горел — Солнцем Красным!
      И Садко сказал старшей дочке:
      — Хорошо, пусть будет по-твоему! Знаю я, есть в царстве заморском тот драгой венец самоцветный. Он хранится у королевы, спрятан в каменной кладовой во пещерочке под горою, за двумя дверями железными, за тремя замками булатными... Да, работушка будет трудная, но казне моей всё откроется.
      Поклонилася дочка средняя:
      — Государь ты мой, родный батюшка! Не дари ты мне черна соболя, злата-серебра, жемчугов — дай хрустальное чудо-зеркальце, чтоб, смотрясь в него, я не старилась, красота моя прибавлялася!
      И ответил он средней дочери:
      — Хорошо же, дочь моя милая! Знаю я, что в царстве заморском у царя с царицей прекрасной есть волшебное чудо-зеркальце. Скрыто зеркальце в башне каменной, что поставлена на горе. За семью дверями железными, за семью замками булатными. Вышина горы триста саженей, и ведут к той башне ступени — их три тысячи без единой. И на каждой ступени — воин, и ключи от этих дверей та царица носит на поясе. Да, работушка будет трудная, но казне моей всё откроется.
      Поклонилась и дочка младшая:
      — Государь ты мой, родный батюшка! Не дари ты мне черна соболя, злата-серебра, жемчугов, не вези богатых даров. Привези лишь алый цветочек — да такой, чтобы в свете нашем не найти его было б краше!
      Призадумался тут купец. Мало ль, много ль проходит времени, стал ласкать Садко дочку младшую, говорил он ей таковы слова:
      — Ой, дала ты мне, дочь, задачку — потяжельше, чем сестры старшие. Как найду я цветочек аленький? Как узнаю, что он всех краше? Поищу его в царствах дальних... А найду ли, нет — я не ведаю...

      И поплыл Садко через морюшко, торговал в тридесятом царстве, продавал товары втридорога, покупал чужие втридёшева, трюмы нагружал златом-серебром и каменьями драгоценными.
      Много ль, мало ль проходит времени — он добыл венец самоцветный старшей дочери на забаву, средней дочери — чудо-зеркальце. Но не смог найти младшей дочери тот заветный алый цветок.
      Был Садко в садах королевских, был и в княжеских, был и в царских. Видел много цветочков алых — но никто не мог поручиться, что их краше нет в целом свете. Говорили ему садовники, что ещё прекрасней цветы во горах высоких Ирийских, только в горушки те святые нет пути-дороженьки смертным...

      И поднялся Садко на кораблике ко истокам великой Ра. Плыл от самого моря Чёрного ко горам высоким Ирийским.
      Вот уж реченька стала узенькой, обмелела и запорожела. И сошёл Садко с корабля, и пошёл Садко с корабельщиками по горам, холмам и долинам. Брёл Садко лесами дремучими и болотушками зыбучими... И дружков в пути растерял — кто пропал в болотной пучине, кто назад повернул иль в реке утонул...

      А Садко всё шёл без дороженьки.
      Видит: лес пред ним расступается, а за ним опять задвигается. И не слышно рыку звериного, и шипения нет змеиного, писка в норочках нет мышиного, нет в ночи и крика совиного... Только сердце бьётся в груди, только виден свет впереди...
      Выходил Садко на поляночку. А среди поляны широкой там стоит чертог белокаменный и сверкает огнями многими. И украшен чертог златом-серебром и каменьями самоцветными. Все окошечки в нём растворены, и играет дивная музыка...
      И входил Садко в золотой чертог. Видит: лестница бела мрамора с позолоченными перилами, по бокам вода бьёт ключами, и цветы растут, птицы песнь поют. Входит в залы Садко и в горницы — и везде убранство богатое, только нет кругом ни души.
      И дивится Садко чуду-чудному, только думает про себя: "Как красиво здесь и богато, только кушать путнику нечего..." Лишь подумал он — перед ним вырос стол, уставленный яствами. Сел за стол Садко без сомнения — и напился, наелся досыта. Не успел он встать, оглянуться, а стола с едой как и не было... Только музыка не смолкает...
      И дивится Садко чуду-чудному, только думает про себя: "Хорошо бы лечь отдохнуть..." Глядь — пред ним кроватка резная, пуховик на ней, как гора, лежит, пуху мягонького, лебяжьего... И заснул Садко, и забылся...

      Утром встал с кровати высокой, а уж платье ему приготовлено. Одевался он, умывался, кушал завтрак. И снова стал по палатам дивным прохаживать. Всё казалось ему лучше прежнего. И сошёл он с лестницы мраморной с малахитовыми перилами и выхаживал в чудный сад.
      Ходит он по саду — дивуется. Спеют там плоды на деревьях, и цветы цветут расчудесные, по цветочкам летают бабочки, и ключи там бьют, птицы песнь поют.
      Видит он: перед ним на пригорочке расцветает цветочек алый. Красоты цветочек невиданной, что ни в сказке сказать, ни вздумать. От него по саду волшебному разливается чудный запах...
      Дух в груди Садко занимается, резвы ноженьки подгибаются и сердечушко разрывается.
      — Вот какой он, цветочек алый! Нет его в целом мире краше!
      И сорвал Садко тот цветок — в тот же миг безо всяких туч гром ударил, сверкнула молния и под ним земля зашаталась. И явился перед купцом сам бог Велес Сурич — чудовищем, коим стал по заклятью Кащея после похищенья Вельмины.
      И взревел Чудо-Юдище дико:
      — Что ты сделал! И как посмел мой цветочек рвать заповедный? Я цветочком тем утешался и хранил его пуще ока... Я — бог Велес, хозяин сада! Я кормил тебя и поил. Ты ж мне чем за то уплатил?
      И со всех сторон возопили:
      — За цветочек аленький — смерть! И упал Садко на колени:
      — Ой ты, гой еси, Велес-батюшка! Ты прости меня неразумного! Не вели казнить, вели миловать, дай мне словушко только вымолвить... У меня есть дочки любимые — и хорошие, и пригожие. Обещал я им дать подарочки: старшей — дать венец самоцветный, средней — зеркальце подарить, и цветочек аленький — младшей, в целом свете его нет краше... Старшим я добыл по подарку, только младшей найти не смог... Но увидел я тот цветочек во саду твоём, мудрый Велес! И подумал, что ты богат, жалко ль будет тебе цветочка?..
      И ответил так буйный Велес:
      — Нет тебе от Велеса милости! Но одно есть только спасение. Отпущу тебя невредимого, награжу казною несчётною, подарю и алый цветочек, коли вместо себя ко мне ты одну из дочек пришлёшь. Я обидушки ей не сделаю, будет жить в чести и приволье. Стало грустно мне одному, пусть развеет она мне горе...
      Падал ниц Садко пред хозяином, лил купец горючие слёзы.
      — Ой ты, гой еси, Велес-батюшка! А как быть, коли дочки милые не пойдут к тебе по хотению? Аль прикажешь их приневолить? Да и как к тебе добираться? Я три года шёл без дороженьки, по каким местам, сам не ведаю...
      И ответил так Велес мудрый:
      — Пусть придут они по хотению, по любви к тебе, родну батюшке. Ну а коли не захотят, сам вертайся за лютой смертью.
      Как дойти сюда — не твоя печаль. Вот возьми-ка, Садко, мой перстень — со рубином алым из Китежа. На мизинец его наденешь, будешь там, где сам пожелаешь...
      Начал думать Садко думу крепкую: "Лучше с дочками мне увидеться, ну а коли меня не выручат — приготовлюсь я к лютой смерти..."

      И надел перстенёк на палец.
      Не успел Садко оглянуться — он стоит во славном Царьграде, на своём широком дворе. И в ту пору в ворота въехали караваны его богатые, и казны на них больше прежнего.
      И встречают его дочурки. И целуют его, и милуют. И зовут его словом ласковым. Принимают его подарочки, дочка старшая — дорогой венец, дочка средняя — чудо-зеркальце, дочка младшенькая — цветок. Только видят — печален батюшка, есть на сердце его тоска.
      И сказала так дочка младшая:
      — Мне богатства твои ненадобны, и цветочек алый не радует, коли ты нерадостен, батюшка. Ты открой-ка нам, в чём печаль твоя. Не таи от дочек кручинушку...
      И ответил так дочерям Садко:
      — Я нажил богатство великое, но не смог беду отвратить. Дал обет такой богу Велесу: если он меня возвратит домой и подарит цветочек алый, я отдам ему дочь родимую. Коль никто из вас не решится жить у Велеса, бога лютого, обращенного в Чудо-Юдо, — я умру тогда смертью скорой...
      Испугалися дочки старшие, разбежалися и попрятались. Только младшая так сказала:
      — Коль ты мне принёс аленький цветок, значит, надо мне выручать тебя, отправляться жить к богу Велесу. Буду я служить зверю лютому, может, он меня и помилует...

      И с отцом прощалась Звездиночка, и брала она аленький цветок, перстень на руку надевала.
      В тот же миг она оказалась во палатушках бога Велеса на кроватушке золочёной и на той перине лебяжьей. И легла она почивать — утро вечера мудренее...
      А наутро она проснулася и пошла чертоги осматривать. И ходила она много времени, на диковинки удивляясь. И казало-ся ей всё краше, чем рассказывал родный батюшка.
      И сошла она во зелёный сад. И запели ей соловьи, зазвенели ключи хрустальные, и цветы пред ней преклонились.
      И взяла она аленький цветок — посадить его захотела. Он же сам из рук её вылетел и вернулся на стебелёк. И расцвёл опять краше прежнего.
      И Звездиночка так сказала:
      — Значит, мой хозяин не гневается и со мною он будет милостив.
      Тут на стеночке беломраморной буквы огненные явились: "Не хозяин я, а послушный раб. Что тебе, госпожа, захочется — в тот же миг исполню с охотою". Изумилась Ася словам таким:
      — Не зови меня госпожою! Будь же добрым мне господином, не оставь меня своей милостью... Я из воли твоей не выступлю... Я за всё тебе благодарна...
      Стала жить так Ася Звездиночка. Всякий день её беспечален, всякий день — нарядушки новые, и убранства, и украшения. Подают ей руки невидимые яства-кушанья, угощения. Всякий день катанье весёлое по лесам, полям и дубравушкам — в колесницах волшебных без упряжи... И приветы, и речи ласковые шлёт ей Велес словами огненными всё на той стене беломраморной...
      И увидела Ася — Велес полюбил её больше жизни. И тогда она захотела говорить с ним и голос слышать. И молила она хозяина. И явилися ей слова на той стеночке беломраморной:
      "Приходи сегодня в зелёный сад во свою беседку любимую. И скажи: я слушаю, Велес!"

      Много ль, мало ль проходит времени — прибежала Ася Звездиночка во свою беседку любимую. А сердечко у ней трепещет, как у пташечки, в клетку пойманной.
      — Говори со мной, добрый господин! После всех твоих многих милостей — и звериный рёв мне не страшен...
      И услышала Ася милая, ровно кто вздохнул за беседкою. И услышала голос страшный, дикий, сиплый, как волчий вой. Испугалась она и вздрогнула, но приветливые слова скоро сердце ей успокоили. Стала слушать она речи умные, на душе её стало радостно.
      С той поры беседы пошли у них — целый день в саду на гуляниях, в тёмных лесушках на катаниях.
      Только спросит Ася Звездиночка:
      — Здесь ли ты, мой добрый хозяин?
      Отвечает ей мудрый Велес:
      — Здесь я, твой неизменный друг!
      И не страшен ей голос дикий. И идут у них речи долгие, и за ласковою беседой незаметно уходит время...

      Много ль, мало ль минуло времени — захотелось Асе Звездиночке увидать обличие Велеса. И просила о том друга верного. Долго Велес не соглашался, испугать её опасался:
      — Не проси меня, Ася милая! Ведь меня в обличье чудовища устрашаются даже звери! Мы живём с тобою в согласии и друг с другом не разлучаемся. А увидя мою личину, ты меня, конечно, оставишь. Я ж навек тогда затоскую...
      Не послушала Ася милая.
      — Я не разлюблю тебя, Велес! Во любом обличье явись! Если стар человек — будь мне дедушка. Коль середович — будь мне дядюшка. Если молод ты — будь мне братушка. И поколь жива — будь сердечный друг!
      И ответил ей мудрый Велес:
      — Я тебе перечить не стану — я люблю тебя больше жизни! Ныне приходи во зелёный сад, как за лес зайдёт Солнце Красное. И скажи: "Явись, мой сердечный друг!" Я тогда тебе в серых сумерках на единый миг покажуся...
      И пошла она во зелёный сад, ни одной минутки не мешкая. Опустилося Солнце Красное, и тогда Звездинка промолвила:
      — Ты явись ко мне, мой сердечный друг!
      Показалось ей Чудо-Юдище, вдалеке на миг появилося, перешло дорожку садовую и пропало сразу в кустах...
      Испугалася Ася, вскрикнула и на землю пала без памяти. Вправду было страшно чудовище. Его кожа была — что елова кора, ну а волосы — что ковыль-трава. На руках-то — когти звериные, его ноженьки — лошадиные, нос — как клюв совиный, клыки во рту, а глаза — колодцы бездонные.
      Пролежала она много времени. Как очнулася — слышит плач, кто-то рядом с ней убивается:
      — Ты меня погубила, девица! Ты меня теперь не захочешь и ни видеть, ни даже слышать...
      Жалко стало Звездиночке Велеса:
      — Господин мой добрый и ласковый, я не буду больше бояться, не забуду я твоих милостей и не разлучуся с тобой! Покажись мне теперь в виде давешнем, я впервые лишь испугалась...
      Показалось ей Чудо-Юдушко, только близко не подошло, как она его ни просила. И гуляли они до ноченьки, и вели бесе душки прежние.
      На другой день она увидела буйна Велеса в свете Солнышка — и ничуть уже не боялась. И пошли у них разговоры день-деньской, с утра и до вечера. И гуляли они по садам, и каталися по лесам...

      Много ль, мало ль минуло времени, как-то раз приснилися Асе дом родительский и отец. Он стоит один на пороге и печалится о Звездинке.
      И она молила хозяина:
      — Отпусти меня, Велес мудрый, в гости к батюшке моему! Он слезит свои очи ясные, всё тоскует он обо мне...
      И ответил ей Велес мудрый:
      — Что ж, иди, мой свет, не в неволе ты! Вот возьми, Звездиночка, перстень. Повернёшь рубин — ты у батюшки, повернёшь ещё — снова дома. Но вернись, молю, до заката! А иначе сила волшебная у того рубина иссякнет, и останешься ты у батюшки, я же без тебя затоскую...
      Повернула Звездинка перстень — оказалася в Цареграде. И встречают её Садко и сестрицы её родимые. И нарядам её дивятся, и рассказами утешаются.
      Рассказала она Садко о привольном житье своём, ничего пред ним не скрывая. И дивился, и веселился он житью её королевскому, и тому, что она привыкла не бояться Чудища-Юдища.
      И проходит день, как единый час, стали сестры её упрашивать не идти назад к Чуду-Юдищу. И разгневалася Звездинка:
      — Если я моему господину за любовь его буду злом платить, лучше мне и не жить на свете!
      И тогда сестрицы родные задержать решили Звездиночку, и все окна закрыли ставнями, запалили в тереме свечечки...
      Вот к закату Солнце склоняется, а Звездиночка не спешит домой, на пиру забылась у батюшки...
      Тут отец Садко удивился:
      — Что же в доме окна заставлены? Надо их открыть — посмотреть, не заходит ли Солнце Красное?
      Как открыли слуги те ставенки, видят все, что последний луч посылает им Солнце Красное...
      И тогда Звездиночка Ася повернула свой перстенёк. В тот же миг она очутилась во дворце своём белокаменном, во палатушках бога Велеса.
      И вскричала она тогда:
      — Что же ты меня не встречаешь, господин мой ласковый Велес?
      А вокруг стоит тишина. Не поют в саду птицы певчие и не бьют ключи родниковые...
      — Где же ты, мой алый цветочек? — так в саду заплакала Ася. — Аль его Красным Солнышком выпекло, и дождями частыми вымыло, жёлтыми песками повымело?
      Побежала она к пригорку, где цветочек аленький рос. Видит — Beлес лёг на пригорке, обхватив руками цветок. Видит — он лежит бездыханный. Его очушки помутились, и уста его запечатались...
      И припала к нему Звездиночка, и ласкать она стала Велеса, целовала его и плакала:
      — Ты проснись, пробудись, милый Велес! Я люблю тебя, как невеста жениха желанного любит!
      Только те слова прозвучали — заблестели в небушке молнии, затряслася Земля Сырая и потрясся небесный свод. И упала Ася без памяти...

      А очнулась... в палатах царских, и сидит она на престоле, князь младой её обнимает...
      — Ася! Звёздная ты царевна! Ты меня тогда полюбила за любовь мою, душу добрую, когда был я как лютый зверь! Скинул я личину ужасную, полюби же меня теперь!
      И ещё сказал Велес Сурич:
      — Злой волшебник силой Седуни наложил заклятие крепкое — жить мне в образе безобразном до тех пор, пока в сём обличье не полюбит меня красна девица... Ты сняла заклятье Седунево! Быть тебе моею супругой!

      И они полетели в Ирий на ковре-самолёте Велеса.
      И сыграли там вскоре свадебку. И на свадьбе Велеса Сурича веселилися небожители, веселился и сам Садко и сестрицы Аси Звездиночки.
      А когда Велес с Асей женились, в хороводе звёзды кружились... И родилася у Звездинки и у Велеса Всевеликого, как пришла тому пора-времечко, дочка Ламия солнцеликая!..

      И теперь все Beлесу славу поют, и Звездиночке, и Садко — внуку Святогора с Плеяною!

      Как на озере Светлояре, во Великом том Китеж-граде, Велес, мудрый бог, видел смутный сон. Говорил он Асе Звездиночке:
      — Ой, малым-мало ныне мне спалось. Мне мало спалось и привиделось... Как слеталися черны вороны, собиралися тучи чёрные... И Властители четырёх стихий собиралися-соезжалися... И судили там, и рядили, о Звездиночке говорили: "Ася — смертная! И по Прави — жить ей краткий век человека! Человечья жизнь — словно искра! Погорит она и погаснет!"

      И, услышавши те слова, опечалилася Звездинка:
      — Почему должна умереть я? И за что же мне эта кара? Кто меня теперь защитит?
      — Не волнуйся, — ответил Велес. — Я Властителей умолю, чтобы жизнь тебе сохранили! Возложу на их алтари я сокровища все свои!
      Но послышался голос Вышня:
      — О, не трать богатства напрасно... Не в ладах ты, Велес, со Смертью! Враждовал ты с родом Седуни — и не будет Ася бессмертной!
      — Что ж, готова я мир оставить, — так сказала Ася Звездинка, — если ты меня не забудешь... Я к тебе прорасту травою, расцвету цветами весною...
      И явилася Смерть Звездинке:
      — Ты умрёшь теперь, как и люди! И тебя на ложе печали Велес, сын Коровы, уложит!
      И воскликнул тут Велес Сурич:
      — О Звездиночка! Зорька ясная! Вот вода иссякла в крынице... И колышутся в поле травы, и печально щебечут птицы... Что за сон владеет тобою? Вот и сердце твоё не бьётся... Ты бледна и меня не слышишь, закатилося Ясно Солнце...
      Не насытившись горьким плачем, Велес бросился в лес дремучий, да ко омутам тем зыбучим...

      Что там? Ветер ли ветки клонит? Или вихорь листья срывает — под горой у речки студёной?
      То не вихорь вьёт и не ветер — кружат здесь под горой русалки, двор городят и строят терем. Вместо брёвен кладут в основу старцев с белыми бородами. Не кирпич кладут — малых деток, не подпорочки — жён с мужьями. Из мальчишек делают крышу, из девчоночек — черепицу. Двери — из парней неженатых. А окошечки — из невест.
      — Велес! Велес! Вот тихий ветер шевельнул листву у деревьев. Это вилы, русалки-вилы, закружилися в хороводе. И не видел ты, и не чуял — понесло тебя, закружило в хороводе у тихой речки...
      Пляшет Велес и горько плачет. И спросили его:
      — Что ж плачешь ты в русалочьем хороводе? Жаль тебе ли старую маму? Иль отца? Сестру или брата?
      И ответил печальный Велес:
      — Жаль не батюшку и не мать мне. Не сестру родную, не брата. Жаль подругу милую Асю, что угасла ныне с Зарёю...

      И побрёл он теми лесами, поднимался в горы высокие, опускался в долы широкие.
      И пришёл к горам Сарачинским, к Каракайской Чёрной горе. Видит он пред собой пещеру, что закрыта медною дверью. И ту дверь охраняют стражи. Их ужасней представить трудно: псы — Азарушка и Казар.
      И сказал им так Велес Сурич:
      — Вы откройте-ка двери, стражи! Нет мне более жизни в Яви. Я хочу подругу увидеть. Ту, что нйне сделалась прахом...
      И ему ответили стражи:
      — Как же ты, сын Солнца, пойдёшь, ничего не видя во мраке?
      — Как печаль идёт прямо в сердце. Я пойду со вздохом и плачем, с тяжкой мыслью о милой Асе...
      И открылись бесшумно двери, уступив непреклонной воле. И вошёл в пещерушку Велес. И вступил на печальный путь.

      Много ль, мало ль он шёл во мраке — вот забрезжил свет впереди...
      И открылась взору долина, и луга, и роща, и речка. Там плоды свисали с деревьев и цветы в траве расцветали.
      Только было всё неживое. Все стволы — из чёрного камня, листья, травы — из малахита, а плоды с цветами — из яшмы, из рубина и сердолика.
      И ту рощу покинул Велес. И увидел Чёрную реку, что текла слезами людскими. И увидел Чёрное море. И над бездною той — утёс. И узрел на чёрном утёсе дом без окон с плоскою кровлей.
      Подошёл к нему Велес. Видит, что у дома заперты двери. Но от слуха его не скрылось за дверями чьё-то дыханье.
      — Кто здесь? — спрашивал Велес громко. — Ты ль, хозяйка утёса Сида? Та, что здесь богов принимает, угощает медовой сурьей?
      — Да. Я здесь гостей принимаю! Что ты ищешь тут, мудрый Велес? Отчего же ты так печален?
      — Как же, Сидушка, мне не плакать! Смерть украла мою супругу — Асю, правнучку Святогора! Потому отныне печально я брожу по Тёмному царству...
      И пропела так Вила Сида:

Год за годом травой растёт,
век за веком рекой течёт.
За Зимою идёт Весна,
Лето с Осенью им вослед.
После дня наступает ночь,
а за ночью идёт рассвет...
Круг сменяет Круг бесконечно...
И ничто под Луной не вечно...

      И сказала так Вила Сида:
      — То ли ищешь ты, Велес мудрый? Ведь Сварог с супругою Ладой человека создали смертным. Ты оставь пустые заботы! И развей печальные думы! Выпей лучше ты чашу с сурьей...
      Выходила к нему хозяйка, чашу с сурицей выносила. И увидел хозяйку Велес. Поразился он несказанно — вот стоит перед ним Звездинка, и в руках она держит чашу.
      — Ты ли это, Ася Звездинка? — вскрикнул Велес и принял чашу.
      — Это я — великая Сида! Я ж Звездиночка, дочь Садко. Я ж — Ясунюшка Святогоровна. Также я — Премудрая Вила. Также я — Хозяюшка Камня и Азовушка Золотая.
      И ещё она так сказала:
      — Много раз я в мире рождалась, много раз покидала мир... И во всех назначенных жизнях я всегда тебя находила! Здравствуй, Рамна! Асила! Велес!
      И ответил ей Велес мудрый:
      — Здравствуй, Сида! Азова! Вила!

      И тогда над чёрною бездной зашумели мощные крылья, и явилась им Гамаюн.
      — Вы садитесь ко мне на крылья!
      И услышали боги зов. И садился Велес на правое, Вила Сида села на левое. И они полетели в Ирий к Свету Белому, к Сурье-Ра.

А.И. Асов "Песни Гамаюна"


Назад              Содержание              Вперед

 

 

СОГЛАШЕНИЕ:


      1. Материалы сайта "Русь изначальная" могут использоваться и копироваться в некоммерческих познавательных, образовательных и иных личных целях.
      2. В случаях использования материалов сайта Вы обязаны разместить активную ссылку на сайт "Русь изначальная".
      3. Запрещается коммерческое использование материалов сайта без письменного разрешения владельца.
      4. Права на материалы, взятые с других сайтов (отмечены ссылками), принадлежат соответствующим авторам.
      5. Администрация сайта оставляет за собой право изменения информационных материалов и не несет ответственности за любой ущерб, связанный с использованием или невозможностью использования материалов сайта.

С уважением,
Администратор сайта "Русь изначальная"